Лично у меня шампанское ассоциируется с Новым Годом и теми знакомыми барышнями, которые начинают застолье с «немного красного вина, я вообще-то не пью», продолжают водочкой под сало и огурчики, а заканчивают торжественным криком: «шампанского мне, шампанского!»

Но то, что «Киевский завод шампанских вин» устраивал блог-тур, и раз уж мне, не будучи не только тысячником, но и мало-мальски полноценным блогером, посчастливилось там побывать - я считаю большой удачей (а также заслугой мужа, который был организатором сего действа;).

Для простого обывателя — это малопонятный элитарный зверь: и, вроде, вино — не вино, и не просто газированная водичка, и закусывать его не пойми чем. А уж о том, что считать настоящим шампанским, и как оно должно производится, ходят самые разнообразные слухи и домыслы.

1. У нас все вина, в том числе и игристые, делают из порошка.

Все начинается с цеха приема виноматериала. В самом начале приезжают дальнобойщики из Крыма и Молдавии на виновозах, в которых плещется молодое вино. Невкусное и почти безалкогольное. Оно через шланг заливается в огромные цистерны, где очищается от всяких белковых примесей с помощью натуральной глины – бентонита.

И вот здесь возникает первый вопрос. Дело в том, что шампанское – это купаж, то есть соединение нескольких сортов (мускат, алиготе, шардрне, ркацители и т.д.), которые и создают гармоничный букет вкусов и ароматов. Я долго пыталась выяснить у нашего гида, каким образом можно рассчитать пропорцию, если вино наливается в цистерны, каждая из которых, на минуточку, 1470 - 1482 литра, да ещё из шланга, да ещё из разных машин. Я задавала этот вопрос раз пять, а тетя-гид все смотрела на меня, как учительница на туповатого ученика и повторяла: «Все измеряется четко. Этим занимаются технологи». Для меня этот момент так и остался загадкой.


И тем не менее, я своими глазами видела цистерны, шланги, вентиля, и электронный датчик, измеряющий количество поступившего виноматериала. То есть в цистерны по-любому наливается что-то жидкое. А вот никаких следов легендарного порошка замечено не было.

Упрямые параноики могли бы заявить, что вино, которое привозят — это уже разбавленный в воде порошок. Но это должны быть параноики, которые никогда не бывали ни в Крыму, ни в Херсоне, и понятия не имеют, какая тьма тьмущая винограда на самом деле выращивается. К тому же, у приверженцев «порошковой гипотезы» нет никаких доказательств, что технология изготовления порошка проще и дешевле, чем стоимость перевозки нормального человеческого вина на фурах.

2. Настоящее шампанское производится «классическим» способом прямо в бутылках, а все, что делается на заводах — бычье пойло.

Итак, на чем я остановилась?

Раньше я иногда жаловалась маме на жизнь. Теперь перестала. Из-за того, что на все мои грусти-печали она неизменно отвечала одно: «Это все потому, что ты сама себя так поставила. Надо было мужа своего изначально иначе «построить».

А я считаю, что так не честно. Во-первых, виноватой получаюсь я сама, а это очень обидно. Я пришла в надежде на сочувствие и поддержку, а мне в ответ – «сама дура».

А во-вторых, я не знаю, что значит «строить мужика». Вот правда. Где это такому учатся, какие курсы по «строительству мужиков» заканчивают? Видимо, когда там был набор, я проспала, и теперь осталась не у дел.

В идеале это выглядит так.
Я говорю: «Никогда не буду готовить, но ты мне будешь каждое утро приносить завтрак в постель».
Мужчина отвечает: «Но, дорогая…»
«Никаких «но». Я к тебе не кухаркой нанималась. Я женщина, и твоя прямая обязанность меня холить и всячески угождать».
После чего мужчина с радостью соглашается и вприпрыжку бежит на кухню.

А я вот не верю в волшебную мантру «любого-мужика-можно-построить». Не любого. Большинство таких «строительниц» просто напросто выбирают себе добрых, слабохарактерных мужчинок и таким образом у них получается счастливый тандем: она командует, а он, довольный, ходит в подкаблучниках.

Либо же мужчина просто делает вид, что выполняет все женские прихоти, а на самом деле жестко фильтрует: где с ироничной ухмылкой дать своей богине почувствовать себя всесильной, а где грюкнуть кулаком по столу. Сами же богини о случаях второго порядка стараются не распространяться,  а предпочитают слыть перед подругами эдакими укротительницами тигров.

И все бы ничего. Каждый нашёл, что хотел, и все довольны.

Но подобные барышни любят выступать бравыми советчицами и всезнайками: «Вот я бы на твоём месте такого не допустила». «Вот у меня он бы так себя не вел». Мне в таких случаях всегда хочется сказать: «Отлично! Давай поменяемся на недельку. Ты наглядно продемонстрируешь, как настоящая женщина «строит» мужика. А я потом возьму с тебя пример, хорошо?»

Притом, что у меня вполне счастливый брак и прекрасные отношения с мужем. Просто у него тяжелый, своевольный характер и мне местами тяжеловато. А ведь бывают ситуации совершенно аховые – когда избивает жену и детей, когда все деньги пробухивает или просаживает в автоматы, когда перетрахал весь подъезд и принялся за следующий. Но даже и тогда: «Вот я бы… вот у меня бы…» С удовольствием купила бы на это билет.

Не может мужчина с одной женщиной быть кровавым тираном, а с другой – пушистым лапочкой. Вернее, может, но только если это ему зачем-то нужно и выгодно. А не потому что одна позволяла себя унижать, а вторая попалась из умных «строительниц».  Взрослого, сформировавшегося человека переделать нельзя.

Однажды я у мужа спросила: «А чтобы ты делал, если бы вместо меня тебе попалась баба, которая бы тобой во всю командовала?» «Я бы с такой не жил» - вот и весь ответ. 

Моя мама, кстати, тоже не жила бы с таким человеком, как мой муж. То есть иногда они все же признают, что существуют не поддающиеся дрессуре экземпляры. Но это – конченый вариант. Это даже не обсуждается.

А ведь что, по сути, плохого в том, что человек не хочет плясать под чужую дудку? Получается, что когда женщине говорят, чтобы она перекрасила волосы в другой цвет, или заставляют сменить работу, или запрещают видеться с подругами – это насилие и шовинизм. А когда она то же самое проделывает с мужчиной – это проявление глубочайшей женской мудрости и опыта. Она ведь не дурочка какая-нибудь. Она своего мужика «строит».   

Мой двоюродный брат как-то раз взял и женился на проститутке. Он, ясное дело, был в курсе её бывшей профессии. Собственно, так они и познакомились.

История избитая и банальная. Жил-был себе белокурый, накачанный парень. И была у него молодая, но не слишком любимая, приобретённая по залёту женушка. В доме у них было тихо и скучно, как в районной библиотеке имени Грибоедова. После рождения ребёнка вдруг оказалось, что им не о чем поговорить. Постель, учитывая накал любовных страстей,  можно было использовать вместо холодильника. А тут он ещё стремительно начал зарабатывать деньги, бандитствовал потихоньку, и вопрос о том, как поводить свободные вечера – в теплом семейном кругу или в кабаке с дружбанами -  решился сам собой.

Эта барышня покорила его сразу. Он до того уже изрядно побегал по ночным бабочкам, не мальчик уже был далеко, но она, как он сам потом признался, перевернула его мир. Он и не подозревал, что вообще может быть так. Безумие. Взрыв. В следующий раз он снова выбрал её, и ещё, и ещё… Понятно, сексом взяла, гадина, чем ещё. Но не всё так просто, видимо, щелкнуло что-то в груди. Парень попал по полной.

Брак их был недолгим, но бурным. Библиотекой и не пахло. Проблема была в том, что брательник мой - чувак простой. Он ходил в одной и той же футболке, помню, как при мне же стирал её в умывальнике, а она тем временем наряжалась в десятые по счёту кожаные сапоги. «А зачем мне шмотки? – удивлялся брат. – Я зарабатываю не для себя, а для своей женщины».  Красиво, благородно, но увы, верёвки она изрядно из него вила.  

Самое интересно другое. Когда они приехали к нам в гости, моя бабушка со свойственной ей  бронелобостью в тот же день заявила:

- Эта девка – проститутка.

Мы с мамой переглянулись и в сторонку состроили рожи. Наша бабушка готова поклясться и на Библии, и на Капитале, что все мужики – сволочи, а все молодые девушки – гулящие, и вообще в этом мире все изрядно испортилось со времён её целомудренной молодости.

- Да ладно тебе, ба, нормальная девушка.

 - А я говорю – шалава, - уверенно повторила бабушка и выпустила струю сигаретного дыма.

О каких-то пунцовых губах, мини-юбках и колготках в сеточку и речи не было. Я тогда вообще не понимала, что брат в этой девушке нашел. Если бы меня попросили её описать, я бы сказала – серая, серая и никакая. Она не была красавицей. Она не пользовалась косметикой, то есть вообще – даже ресницы не подкрашивала, причем говорила, что это принципиально и, видимо, этим гордилась. Она носила джинсы, футболки и спортивные костюмы. Я ни разу не видела её в юбке или на каблуках.

Сейчас я понимаю, что она выглядела, как богатая, городская женщина, уставшая от светской тусовки, и приехавшая на уединенный курорт отдохнуть. Тогда я это приняла за провинциальность. Тогда я тупо удивлялась и не делала выводов из её небрежно брошенных фраз: о том, что она носит только золото, что её простенькая кофточка стоит сто баксов, что в таком-то ресторане рыбу подают лучше, чем в таком-то…   

Потом уже, будучи сильно пьяным, чуть ли не размазывая слёзы по лицу, брат рассказал, как они познакомились, и что это вообще за фрукт. Они тогда крупно поссорились, и барышня укатила с свой город. Бабушка же, услышав о его признании от нас с мамой,  равнодушно пожала плечами:

- А я вам говорила.

Всё это только преамбула к совершенно другой теме, о которой я напишу чуть позже. Просто история сама собой всплыла в голове.

Но я до сих пор не могу понять: как стальная советская женщина, которая ни разу в жизни не была в кабаке и никогда не общалась с проститутками, для которой тот мир дальше луны, смогла так точно определить, узнать за спортивными штанами сетчатые колготки?

Недавно гостила в селе у родителей мужа. О скромном обаянии сельской жизни, как то перекошенный туалет на улице, круглосуточно лающие собаки и непереносимая вонь возле сарая со свиньями, я особо распространяться не буду. Село оно и есть село.  (Хотя для человека, впервые увидевшего живого гуся всего пару лет назад, это сущая экзотика.)

Больше всего поразило другое. А именно – еда. Ну, то, что сельская пища – это жирное разгаламуженное варево из всего на свете, это ладно. Дело вкуса. Хотя, о безмерной полезности народной кухни перед городскими фастфудами говорить не приходится.

Удивило само отношение к еде. Проснулись – хотим кушать. Достали кастрюли, навалили в тарелки (А порции, порции-то какие! Мамадорогая!) и быстро, молча съели. Настало время обеда – хочется жрать. Снова достаём те же кастрюли, и с тем же молчаливым усердием кушаем. Вечером  процедура повторяется.

То есть, для людей еда – это исключительно источник жиров, белков и чего-то там ещё, чтобы поддерживать в организме силы и не сдохнуть. И главное ведь – во всём приятные и хорошие  люди, кроме этой особенности. Понятно, что на свежем воздухе, да после усиленного физического труда аппетит нагуливается отменный и можно схавать хоть слона. Ясно, что готовить на печке, которую и растопить надо, и дрова для неё порубить – тоже удовольствие не из великих. Но ведь мои свекор со свекровью всю жизнь прожили в городе, в нормальной квартире с нормальной плитой. Да и с финансами у них, ни тогда, ни сейчас проблем не было. А питались они так всегда. Так отчего же?

Допустим, подсчитывание калорий и замороченость всякими полезными качествами продуктов я сама не очень понимаю. Ханжество какое-то.  Но ведь еда - это то же вкусноитища, это же ням-ням-ням! Это же целая мистерия! Уложил красиво на тарелочку, уселся подобнее и тщательно выбираешь вилочкой именно тот кусочек, который в данную секунду просится в рот.  М-м-м-м…

Я не представляю, как можно три дня есть одно и то же. Если есть возможность, я готовлю каждый день, безропотно проводя на кухне по несколько часов, и предвкушая блаженство во время приёма пищи. Даже обычный бутерброд я делаю две-три минуты, чтобы всё было ровно намазано, красиво уложено, а здесь ещё кусочек того, и немного этого…